Александр Бессмертных, фото Никиты Царёва
На прошлой неделе автограф-сессию в магазине «Экипион», расположенном на стадионе «Динамо», провел серебряный призер чемпионата мира по лыжным гонкам в Зеефельде и Олимпийских игр в Сочи Александр Бессмертных. Александр ответил на вопросы болельщиков и рассказал о прошедшем сезоне, который начался с неудачного отбора, а закончился медалью чемпионата мира, летней подготовке, планах на будущее и многом другом.

— Как прошла ваша летняя подготовка в этом сезоне? В чем основные её отличия от прошлого года?

— Отличие было, наверное, всего одно – у меня в марте была травма, и в начале подготовки чуть-чуть побаливало колено. В тот период, как только появлялся хоть небольшой дискомфорт, я с тренировки уходил. В остальном было всё то же самое – стандартная подготовка, которую я проходил все предыдущие годы.

— Если говорить о тестах, изменились ли как-то на них ваши показатели?

— Нет, все показатели остались примерно на том же уровне. Хорошо, что не падают (смеется). Нет, серьезно, главное, что нет никакого провала. А так всегда после нагрузки, после сбора какой-то показатель понизится, какой-то вырастет.

— Попробовали ли какие-то новые места подготовки?

— Тоже нет, все стандартно.

— Что касается летних стартов, почему вы не принимаете в них участие в отличие от спортсменов из группы Крамера или из группы Бородавко?

— Тренер не планирует наше участие в соревнованиях. План подготовки расписан так, что соревнования в него не ложатся. Нам никто не запрещает ездить куда-либо, просто тогда выпадет часть сбора, и это скажется в дальнейшем.

— Но соревнования в Тюмени в графике вашей подготовки были?

— Да, эти соревнования планировались изначально. Но результатов там от нас никто особо не ждал, поэтому мне даже иногда задают вопрос: «А ты бежал там вообще?» «Вы просто так далеко в протокол не смотрите», — отвечаю. Самочувствие было не очень хорошое, как-то не бежалось, поэтому и результат такой.

— Колено не беспокоило во время стартов?

— Нет, тьфу-тьфу, до конца июня эта проблема разрешилась, и с тех пор колено меня не беспокоит. Дай бог, чтобы эта травма не вернулась в зимний период, потому что в прошлый раз оно начало болеть именно зимой.

— Какие ваши ближайшие планы?

— Сейчас поеду домой, а потом – на сбор в Рованиеми. До сезона осталось совсем чуть-чуть.

— Как надо выступить на отборочных стартах в Рованиеми, чтобы попасть в команду?

— Я в это особо не вникал. Знаю только, что на этих стартах будет сформирована команда для участия в Кубке мира до Нового года, а остальные уедут в Тёю. Сейчас ситуация с деньгами напряженная, поэтому вряд ли кого-то будут держать в Европе просто так.

— В прошлом году вы отправились не на этапы Кубка мира, а как раз в Тёю, и всё закончилось удачно – медалью чемпионата мира…

— Я не планировал, это был резервный вариант, и, слава богу, что с Тёей всё так удачно получилось. Я люблю это место, и оно для меня практически родное – я там в детстве провел очень много времени на сборах. Место хорошее, и большое спасибо руководству Хакасии, что они пытаются его развивать даже в нынешней ситуации. В поселке закрыли разрез, а соревнования всё равно проводятся, про это место не забывают, и это большое дело! Для первого снега это вообще очень классное место!

— В тот момент верили, что всё закончится хорошо?

— Да я там столько позитивных эмоций получил!!! В Рованиеми постоянно шли дожди, снега не было толком, а в Вершине Тёи – погода минус три, снег настоящий, и его так много!!! Я просто ходил и наслаждался. Даже ностальгия какая-то была в душе, и я с радостью туда съездил. Хорошо, что получилось там, получилось потом на Красногорке, получилось на этапе Кубка мира в Отепя и совсем чуть-чуть не получилось на чемпионате мира. Всё прошло, можно сказать, как по учебнику. Не знаю, везение это или что…

— Эмоциональный фактор мог тут сыграть свою роль?

— Сложно сказать. На самом деле, когда я поехал в Тёю, я не думал, что всё – это трагедия, и на чемпионат мира я уже не отберусь. Я чётко понимал, что если я дальше буду двигаться вперёд, то у меня всё получится, и не было такого, что я впал в депрессию и ничего не хотел делать. Наоборот, скорее отдохнул там психологически.

— Как относитесь к новым соревновательным форматам: смешанные эстафеты, масс-старт в гору?

— Слава богу, меня масс-старт в гору не затронет. Надеюсь. Не планирую участвовать в Тур де Ски. Всегда что-то новое интереснее, чем старое. Международная федерация пытается что-то менять. Почему нет? Надо попробовать, вдруг что-то из этого получится? Когда они впервые сделали эту гонку в гору, тоже никто не понимал, что это будет, но получилось же классно! Может быть, и сейчас так будет. Мы же этого не узнаем, пока не увидим. Как мне кажется, Тур будет интересно смотреть. Он проводится уже 13-й год, а формат кардинально не менялся: да, добавляли и убирали спринты, убрали длинную гонку, но глобальных изменений ведь не было! А это вроде бы та же гонка, но с масс-старта она будет смотреться совершенно по-другому.

— Чувствуете себя возрастным гонщиком?

— На самом деле, да, чувствую. Причем как физически, так и в общении с молодыми спортсменами. Вспоминаешь себя в их время, когда ты только попадал в команду, хотя я тогда рядом с тем же Вылегжаниным не чувствовал какой-то особой разницы.

— В чем-то возрастной гонщик имеет преимущество перед молодым?

— Только в опыте. Опыт есть, и это большой плюс. Его не взять и не прочитать. Взять ту же ситуацию, в которой я оказался в прошлом году. Не знаю, получилось бы всё то же самое у молодого спортсмена. Но когда ты не переживаешь и не нервничаешь, а четко понимаешь, что если ты сделаешь всё правильно, то получишь нужный результат, его легче добиться. Молодой спортсмен в такой момент может запаниковать, а ты понимаешь, что за плечами опыт, и он тебе поможет.

— Вы ведете активную общественную деятельность, проводите соревнования. Расскажите об этом, пожалуйста.

— У нас в области есть неравнодушные к спорту люди, которые в этом помогают. На самом деле, и летние соревнования на мои призы, и летний «Бег друзей» — это всё заслуга одного человека – Андрея Алексеевича Заикина. Он подходит ко мне, предлагает какую-то классную идею, и я её поддерживаю, спрашиваю, что от меня требуется, и делаю это. А без него, скорее всего, ничего бы не было. На организацию соревнований требуется очень много времени и сил, и он берет все эти заботы на себя.

— А кто он?

— Он тренер, бывший директор лыжной базы. До сих пор благодаря ему в нашем городе проводятся соревнования. Также ему помогают и другие тренеры, например, Елена Валерьевна Северьянова. Я там приезжаю, привожу призы из того, что дома скопилось, детям раздаю. Можно сказать, я там свадебный генерал. А зимой призами помогает наш местный лыжный магазин «Лидер».

Недавно летом провели в городе спринт в шахтерских касках. Тоже предложил не я, наша областная спортшкола. Точнее, они предложили провести спринт, а я предложил сделать его необычным. Они взяли на себя организацию соревнований, а я съездил, привез каски, договорился со спонсорами. То есть они бы, наверное, и без меня бы всё провели, но я добавляю им немножко креатива что ли. И, вроде бы, пока получается. Наверное, можно и масштабнее соревнования сделать, когда больше времени появится. Например, у Максима Вылегжанина сейчас стали гораздо крупнее соревнования, чем раньше, картинка с них стала какая-то более насыщенная что ли.

— А инвентарем детям помогаете?

— Бывает, что когда-то ботинки привезу, когда-то лыжи – но это, скорее, единичные случаи. Своего благотворительного фонда у меня нет (улыбается).

— Раз уж мы вспомнили Максима Вылегжанина, который в этом сезоне будет выступать в лыжных марафонах, скажите, планируете ли вы после окончания карьеры в сборной команде выступать в марафонской серии Ски Классикс? Всё-таки вы лучший классист России…

— Да, как-то этот титул ко мне прилип, не знаю, кто мне его подарил (смеется). На самом деле, там же все едут даблполингом, а я его классикой не считаю. Настоящей классикой там бежится всего пара этапов. Тем не менее я попробую, ведь меня уже давно зовут в эту тему, и мне это интересно. Но пока я в сборной команде, я не могу просто взять и поехать на марафон, у нас есть четкие задачи, и я их выполняю. Если марафон в них не входит, я туда не поеду. А вот после окончания карьеры планирую пробежать и Марчалонгу, и Васалоппет. Не говорю, что буду там лидером, но пробежать пробегу. То же самое могу сказать и про полный айронмэн.

— Вы хорошо плаваете и крутите педали?

— Может быть, не очень хорошо, но как-то кручу. Мне же не результат важен, важен процесс. Мне интересно разнообразие, интересны другие люди, другие задачи.

— Для вас тренировки это радость общения с товарищами или наоборот возможность побыть наедине с самим собой?

— В основном, конечно, тренировки для меня это работа. Но тренировки тоже бывают разные. На восстановительных тренировках ко мне приходит столько мыслей, сколько не придет никогда, если ты сидишь в комнате. Ты бежишь по лесу и думаешь о многом – это какие-то глобальные мысли о жизни, о своем будущем. Понятно, что когда прыгаешь имитацию в четвертой зоне, никаких мыслей в голове нет, а на легких тренировках думается намного легче и интереснее, чем дома.

— На железной дистанции придется долго быть наедине с самим собой…

— Мы же к этому привыкли, для нас это не проблема выполнять работу по много часов. Я уже два раза бежал полужелезную дистанцию, но понимаю, что, чтобы бежать полную – надо готовиться, а чтобы готовиться – завязать с лыжами, по крайней мере, на профессиональном уровне, и потратить много времени на плавание и велотренировки.

Андрей Краснов www.skisport.ru