НАТАЛЬЯ МАРЬЯНЧИК

www.sport-express.ru 7/06/18
Бывший немецкий велогонщик, участник шести гонок серии Grand Tour включая три многодневки «Тур де Франс», а ныне директор по спортивному маркетингу компании Dr. Wolff Group Йорг Людевиг – о команде Katusha Alpecin, российском велоспорте и особенностях спортивного спонсорства.

Велоспорт изнутри.

ПРЕДЛАГАЛ ГОНЩИКАМ РЕКЛАМНУЮ ТАТУИРОВКУ

– Зачем ваш бренд Alpecin спонсирует велокоманду? Казалось бы, прямой связи между шампунем от облысения и профессиональным спортом не просматривается.

– Dr Wolf – один из старейших спонсоров велоспорта за всю историю. Мы поддерживали гонщиков еще в 1950-х. Уже примерно полвека назад дедушка нынешнего владельца компании построил трассу и гостиницу для профессиональных велогонщиков. Это не значит, что компании интересен только велоспорт: у нас есть и футбольная команда, и мужской теннисный турнир. Но спорт в целом прекрасно подходит под наш девиз – «Страсть к результату».

– Вы получаете отдачу от этого спонсорства?

– Конечно. Профессиональный велоспорт сейчас относительно дешевая сфера для рекламы. Отдача от него намного превышает вложения. Ну и в целом, если пять лет назад, когда меня видели в офисе в велотрусах, все смеялись и называли меня геем, сейчас все больше сотрудников сами надевают эту форму. В прошлом году на Рождество мы попросили каждого сотрудника выбрать себе подарок: телевизор, стиральную машину, что-то еще в таком духе – или велосипед. Около 10 процентов остановились на велосипеде! Это замечательно, что люди выбирают здоровый образ жизни и начинают все больше передвигаться на велосипедах, а не на машинах. А мы в компании создаем для этого все условия: у нас есть отдельные парковочные места для велосипедов, раздевалка и душ, где вы можете подготовиться к рабочему дню.

– Вы сами добираетесь до офиса на машине или на велосипеде?

– На велосипеде, но только в теплые солнечные дни. Дорога до офиса занимает у меня 45 минут на машине, с учетом пробок, или 50 минут на велосипеде. Если учитывать оба конца, получается, что я теряю всего десять минут времени, зато получаю взамен почти два часа полноценной тренировки.

Реклама помогает развивать спорт.

– Где самое дорогое место для рекламы на теле велосипедиста?

– Велоспорт вообще очень удобен для рекламы: в нашем распоряжении шлем и вся поверхность формы, а гонки проходят 11 месяцев в году по всему миру. Мы проводили специальный анализ, и верьте мне или нет, но самое дорогое рекламное место на теле велосипедиста – это пятая точка. Если гонщик лидирует, то камера постоянно показывает его сзади в отрыве от пелотона. Плюс, ценится место по центру груди – в случае победы спортсмен вскидывает руки, и ваша реклама будет на всех фотографиях. Но опять же, если речь идет о разделке, это место отпадает – гонщики едут всю гонку, не отрывая рук от руля. В разделках почти все едут в майках с длинным рукавом, чтобы таким образом увеличить рекламную поверхность. Я, правда, в прошлом году предлагал нашим короткий рукав, а всю рекламу, что туда не поместится, нанести на тело как татуировку, но они почему-то не согласились (смеется).

Как заработать на велоспорте.

НЕПРАВИЛЬНЫЙ ОБГОН СТОИТ 500 ЕВРО

– Как вы сами из велогонщика превратились в специалиста по маркетингу?

– У меня по жизни получается так, что сначала я занимаюсь чем-то как хобби, а потом это становится профессией. Так было и с велоспортом: я мечтал выиграть чемпионат Германии, принять участие в чемпионате мира, подписать контракт с профессиональной велокомандой, проехать «Тур де Франс»… Все это постепенно исполнилось. Но потом я обнаружил, что с моими физическими данными невозможно стать звездой и зарабатывать большие деньги. Поэтому уже в 34 года я закончил карьеру и стал главным по продажам в компании-производителе спортивного инвентаря.

– Этот переход дался вам тяжело?

– Я был крайне самоотверженным продажником. Спорт приучил меня пахать по 15 часов в день, и в маркетинге я постарался не сбавлять оборотов. У компании Dr Wolff, которая помогала мне еще во времена спортивной карьеры, была своя любительская команда. Мне предложили ей помогать, и вот уже 11 лет я этим занимаюсь. Это удивительная компания. Как мы любим шутить, человек может проработать здесь либо месяц – либо остаться на много лет. То есть ты либо разделяешь эти ценности и компания становится тебе второй семьей, либо уходишь сразу. Потом я познакомился с брендом Alpecin, и пять лет назад мне предложили работать в нем уже на полную ставку. Здесь сбылась еще одна моя мечта – заниматься профессиональной командой. Параллельно я комментирую велогонки на «Евроспорте».

– В недавней многодневке «Джиро д’ Италия» участвовали только два россиянина. Как вы можете оценить состояние российского велоспорта?

– 15 лет и 10 килограммов назад, когда я сам выступал за профессиональную команду, мы гонялись вместе с Евгением Петровым и несколькими другими россиянами. Меня тогда поражало их отношение к работе. Один из парней, помню, любил выступать в дождь. Я спросил: «Ты вообще здоров?! Как это может кому-то нравиться?» А он ответил: «Дождь никто не любит, парни, значит, это наше время! Давайте выйдем и покажем им всем, кто мы такие!» Это очень важно, на самом деле, когда вся команда унывает по поводу мокрой трассы, и вдруг кто-то мотивирует нас таким образом, что мы выпрыгиваем из штанов. Бороться до конца в любых условиях, даже когда на улице «минус» и идет снег – это точно про русских.

– Почему же тогда у нас нет результатов?

– Мне кажется, российскому велоспорту стоит обратиться к истории. У вас всегда было много хороших гонщиков, которые приходили с трека. Проблема в том, что у молодых гонщиков из России нет возможности уехать в Европу, где лучше погода и условия для тренировок. Но возможно, если они вместо этого станут выступать за свои местные команды на треке, результат может быть не хуже. Тот же Вячеслав Екимов прекрасно гонялся на треке.

– Как бороться с тем, что велоспорт становится опасным для жизни атлетов? Недавно, например, погибла во время тренировки наша молодая гонщица Лидия Плужникова. Как эту проблему решают в Европе?

– У нас в Германии существует так называемое «правило полутора метров». Это значит, что при обгоне на дороге водитель должен объезжать велосипедиста, как минимум, на полтора метра. У многих велосипедистов есть камеры, водители об этом знают. Стоит прислать такую запись в полицию, это будет стоить автовладельцу в районе 500 евро. Поэтому с убеждением «это моя дорога, что тут делают велосипедисты?» сейчас придется попрощаться. Велосипедисты, кстати, точно так же платят налоги и имеют не меньше прав.

Велоспорт — приносит пользу спонсорам.

– Что можете сказать о лучшем российском гонщике Ильнуре Закарине, который сейчас выступает за «Катюшу»?

– Ильнур прекрасный парень, скромный, очень любит свою семью. Он готовится к «Тур де Франс», и я держу за него пальцы крестиком. Сейчас на тренировках он выглядит очень подготовленным, мы надеемся на хороший результат. Несмотря на все политические проблемы, наша компания продолжает считать российский рынок очень перспективным. И результаты Закарина, конечно, являются для нас большим подспорьем.

– Вы разочарованы тем, что «Катюша» не является больше чисто российской командой?

– Наоборот. Мне кажется, не за чем себя ограничивать и смотреть только в одном направлении. У нас по-настоящему многонациональная команда, и это позволяет иметь больше болельщиков и продвигать проект как мультинациональный. Хотя мы по-прежнему активно привлекаем как российских гонщиков, так и других специалистов. У нас в команде российский доктор, физиотерапевт…

– Вы вообще знаете, что означает название «Катюши»?

– Я слышал три версии: уменьшительная форма имени Катарина, оружие времен Второй Мировой или песня русских солдат. Вот вам что первое приходит на ум?

– К сожалению, не велокоманда.

– Это очевидно, но мы над этим работаем!