Когда в конце августа объявили о том, что Красспорт в сентябре все же состоится, я расстроился — потому что уже расслабился. Замеры мощности показывали, что пик формы пришелся на июль, а уже третьего сентября я не смог докрутить тест на FTP по причине слишком большого его падения относительно прошлого замера. Так что ехать было незачем, и я смирился, что этот ковид-сезон завершён, особо и не начавшись.

Но ближе к дедлайну регистрации старая мантра «на свалке отдохнешь» начала сверлить мозг, и чем ближе, тем настойчивее. Воли ей противостоять не нашлось, и вот я стою на старте холодным хмурым красноярским утром в полном предчувствии, что чистым сегодня до финиша никто не доберется. Стартовая толпа по сравнению с двумя предыдущими годами выглядит жидковато, в числе потенциальных лидеров нет многих сильных гонщиков — Новосибирск, например, проигнорировал старт почти в полном составе. Но это не значит, что на первой линии нет бьющих копытом коней, а, значит, новый челендж начинается!

Первая гора прошла спокойно, несмотря на подёргивания некоторых молодых гонцов. Последовавшие ускорения воспринимались тоже вполне комфортно. Асфальт чуть мокрый, дождь, видимо, прошел здесь рано утром. Кое-где стоят небольшие лужи; объезжая одну из таких, прямо за моей спиной услышал душераздирающие звуки завала: визжащие тормоза, трущаяся резина, треск ударов карбоновых полых труб об асфальт и друг о друга. Каждый год не обходится без завалов, и провидение всякий раз оберегало меня от них, и я всё сильнее боюсь, что однажды теория вероятностей восторжествует, и в очередной раз меня не пронесёт…

План на гонку бесхитростный и опробованный: пытаться как можно дольше остаться с лидирующей группой, по-максимуму поддерживая массовые ускорения. Ориентиром выбрал Стёпу Кузьменко — в этом году он вроде на ноге.

Первый час гонки минул без расстройств, мы в составе группы из 25-30 человек вылетаем на гравий. И тут-то я вспомнил свой первый Красспорт образца 2012 года сполна: жидкая глинистая грязь под колесами весело летит в открытый от высоких пульсов рот, забрасывает велокомп, соску гидратора и очки. О том, что нас ждет на поле, даже не хотелось думать (восемь лет назад мы бежали по пашне с велосипедами подмышкой!). Лидерские раздачи пошли почти сразу, но треть гравийного участка прошел, не теряя контакта. И лишь на знаковой для меня по прошлым годам горе отпустил ребят, не справившись с ваттами, которые они задали своим натягом. Степан чуть впереди тоже несколько потерял контакт с группой, но был полон решимости её догнать, и, кажется, у него это более-менее начало получаться. Я же опустился чуть ниже в группку из двух красноярцев и сел отдохнуть на колесо. Почти сразу заезжаем в деревеньку, и за крутым поворотом налево я вижу Степана, стоящего на дороге на ногах. Подумал, что у него что-то с техникой (немудрено, велосипеды на тот момент подобрали с земли минимум по килограмму глины), но, как оказалось, это он так менял бачки с водой. Так что теперь нас четверо, и мы начинаем спуск с очередного холма по скользкой дороге. Один из носителей надписи «Triatleta» на форме едет прямо передо мной на сликах и начинает дрифтить по жиже на скорости около 30 км/ч. Вижу это как в замедленной съемке: вот переднее колесо наклоняется, вот заднее колесо начинает обгонять переднее, разворачивая вел прямо поперек моего движения, вот спортсмен касается бедром земли и начинает кричать. И все эти доли секунды моё тело делает на рефлексах какие-то неуловимые мозгом движения по предотвращению собственного неизбежного падения. Самое прикольное, что я так и не понял, как я не упал и вырулил, но, кажется, без проезда по части упавшего велосипеда не обошлось. «Всё-таки, наверное, не очень дальновидно ставить голые слики на такую погоду», подумал я, но на адреналине прокричал это вслух несколько другими словами.

Теперь нас трое: впереди Степан, который отдышался и предлагает поработать сменами, чтобы попробовать догнать отъехавшую минуты на полторы-две группу лидеров из 8 человек, а сзади неизвестный мне (как казалось на тот момент) красноярец. Это был Владимир Воропаев, и, конечно же, я его знаю — минимум на трех Красспортах мы зарубались с ним на финише. Но в тот момент все гонщики выглядели одинаковыми коричневыми дерьмодемонами…


Воропаев на предложение поработать сменами ответил обезоруживающе откровенно: «А зачем? Лидеров нам не догнать. Отъезжать мне не от кого. А впереди самая жопа.» (это он про поля). «Ну и рюкзак», подумал я тогда.

Справедливости ради, темп Степана поддержать мы с Владимиром не смогли, и, даже сидя на колесе, начали ловить просвет, который к моменту въезда на поля составил метров сто.

А поля неожиданно обрадовали. Да, грязно; да, мягко и бугристо, но по этому можно было хотя бы ехать, не наматывая килограммы на колёса. Степан на узких покрышках прибуксовал на мягком, и вот мы опять едем втроем и даже умудряемся иногда светски беседовать.

Ручей преодолели скучно и без приключений; дорога, хоть и травянистая, стала поплотнее и Стёпа окончательно нас покинул. Но к выезду на заключительный асфальт наша группка меньше не стала — нас добрал триатлет Павел, возможно, тот самый, что разложился передо мной полчасом ранее.


На асфальте тактика сменилась — мы начали работать сменами против встречно-бокового ветра. Володя вёл в моём темпе, Павел натягивал чуть бодрее, поэтому на очередном подъеме я почувствовал предвестники судорог бёдер и на выполаживании вынужден был чуть сбавить. Видя это, Владимир сзади меня щелкает манеткой на понижение и толкает меня в спину секунды три, придавая достаточный физический импульс, чтобы закрыть наметившийся просвет и моральный импульс перебороть усталость и качественно доработать остаток трассы на пределе судорог.

За десять километров до финиша Павел немного отъехал от нас на своей смене и начал потихоньку удаляться, одновременно сзади замаячила фигура преследователя. Я пережил кризис и стал немного активнее крутить на подъемах, а у Воропаева начались проблемы с трансмиссией, но морально я не был готов от него отъезжать — вдвоем сменами все еще было быстрее для обоих. И лишь на последнем подъеме перед Емельяново Владимир, уйдя со смены, бросил мне: «Перекладывайся к переднему, сможешь!» Я попробовал: отрыв стал понемногу сокращаться, и к началу спуска в деревню составлял всего метров 70. Но какими мучительными, непреодолимыми остались эти 70 м! Я смирился и отпустил Павла на финиш, поменяв задачу на «не стать застигнутым неведомым преследователем, уже обошедшим Воропаева». Спуск прошел в максимально аэродинамичной позе, сидя на раме; на плоскаче поработал, держась за гориллу вилки, впереди — финишный торчек к стадиону. Оглядываюсь, преследователь очень близко и ещё наваливает. Сдаваться не хочу, готов даже поплатиться послефинишными судорогами, поэтому раскручиваюсь сидя, оформляя максимальный пульс за гонку и не уступаю финиш!


Итог: 11 место в абсолюте, 6 место в группе 1981-1986. Так-то рекорд, конечно, но удовлетворение не полное — из-за спада формы и из-за чуть менее сильной конкуренции. Тем не менее, марафон оставил позитивный задел мотивации на следующий год. А еще этот уникальный, осенний, самый грязный Красспорт — как монета с двумя аверсами, будет ценным экспонатом коллекции стартов, которые «будем вспоминать на свалке»!

Результаты

Strava